Меню
12+

«Сельская новь». Еженедельная газета Заларинского района Иркутской области

29.10.2015 08:29 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 41 от 23.10.2015 г.

Встреча, изменившая судьбу

Автор: Эльвира Петрова
корреспондент

Залариночка пришла в редакцию, чтобы  вспомнить и поблагодарить человека, много лет назад спасшего её и близких в трудной ситуации. И разговорившись, заодно поведала свою историю. Что ей пришлось пережить,  как   удалось не сломаться и найти свое место в жизни,  читайте на 2 стр.

    Оксана Онищенко  называет  своим добрым ангелом Нелли Викторовну Маркевич.  И жизнь свою делит  на  «до» и «после» встречи с ней.  То, что было «до»,  даже спустя много лет  вспоминает со страхом.

   -Жили мы в Мостовке. Когда  была маленькая,  жили хорошо, — вспоминает Оксана. – Потом мама стала сильно выпивать, вести нехороший образ жизни. И когда мне было 14, её парализовало. Но и это не остановило. В доме часто появлялись незнакомые мужчины, устраивались гулянья. Поэтому у всех моих сестер и братьев  разные отцы. Я самая старшая, затем через 7 лет родилась сестренка, потом еще четверо.  Всего шестеро. Жили на мамину пенсию. Когда я подросла, стала подрабатывать — летом пасла коров, осенью помогала копать картошку, белила, убиралась в домах. На мамину пенсию мы раз в месяц каждому покупали по булке хлеба. Для нас это было самое лучшее лакомство. Как, наверное, сейчас для детей чипсы. Все тогда со страхом  говорили о конце света. А мы его ждали, чтобы наесться. Думали, вот будет конец света, магазины все останутся открытыми, зайдем и возьмем много еды. О ней мы думали постоянно. Ведь основное, что мы ели была мелкая вареная картошка, даже очистки шли в ход. А еще запаривали пшеницу. И маму кормили. Поставим на табуретку чашку, пододвинем к ней, и сами сядем кружком. С того времени я знаю, что такое голод. И знаю, что он имеет особенный запах. Это когда в доме вроде бы чисто, но нет никакой еды.

  Никто не интересовался, как мы жили. Мы старались не попадаться лишний раз людям на глаза:  боялись, что нас заберут в приют. Но в школу я ходила. Училась хорошо, даже  было много  грамот. Только отвечать у доски стеснялась. Слишком плохо была одета. Хотя и старалась соорудить себе что-нибудь из маминых вещей. Выйду к доске в её стареньком платье, подвязанном поясом, там заплатка, там пообтрепалось. Мне так было стыдно перед всеми!

 В тот год, когда мы встретились с Нелли Викторовной, как-то особенно тяжело пришлось. Мне было 17. Соседка тетя Аня  все говорила: «Уморишь детей голодом, езжайте в Иркутск к губернатору, грузите мать на тележку и добирайтесь на автобусе до вокзала». И мы отправились, только одни. Даже трехлетнего братишку с собой взяли. Пришли на остановку,  стали просить водителя автобуса, чтобы довез. Но без денег он нас не взял. Хотя автобус был полупустой. И  мы пошли пешком до Дмитриевки. Младшего братишку по очереди несли на себе. Сколько машин проезжало мимо… И вдруг останавливается одна, красная, выходит молодой дяденька, лет 30: «Куда вас столько много и пешком?» Я и рассказала. У него в машине кто-то сидел. Он сказал, что всех взять не может,  только младших. И тут же наказал, чтобы не разбегались, пока он за нами вернется. Вернулся, не обманул. По дороге рассказал, что в городе не помогут, не нужно туда ехать. А вот у нас в  районе есть  очень хороший человек Нелли Викторовна Маркевич, работает в районной администрации. «К мэру не обращайтесь, он не поможет, сразу к ней». Привез нас этот дядечка на вокзал и еще  150 руб. дал. Мы купили растительное  масло, лапшу, соль. Залили маслом лапшу, посолили. Казалось, вкуснее мы ничего никогда не ели. С вокзала нас не выгнали, разрешили переночевать, кто-то даже дал одеяло. А в 5-6 утра мы пошли пешком в администрацию. Помню, проходили мимо церкви ( старой), я говорю ребятишкам: «Помолитесь, поцелуйте крыльцо, чтобы боженька нам помог». Пришли к администрации рано, все закрыто. Спасибо техничке, пустила погреться. Потом стали заходить люди. Все проходят мимо, никто не обращает на нас внимания. «Вон мэр идет», — показывает нам техничка. Тоже прошел, не взглянул. И вдруг заходит женщина. Красавица! И по лицу видно, что добрая. Увидела нас,  сразу подошла : «Ах, вы мои хорошие, вы к кому, что тут делаете?». Я ей отвечаю, что нам надо найти женщину Нелли Викторовну Маркевич. «Зачем?» «Она очень хорошая, лучше президента, поможет нам». Нелли Викторовна, а это была она, заулыбалась, попросила  подождать и ушла. А потом за нами пришла секретарь и  позвала наверх. Заходим мы в кабинет, там целый президиум – столько народу. Помню, была Руфина Сергеевна.   И женщина  эта красивая. Тут мы и узнали, что она и есть Маркевич. Начали  они нас спрашивать, как мы живем. Во время моего рассказа кто за валерианку хватается, кто плачет. Нелли Викторовна стала председателю звонить: «Как же у вас  семья многодетная так живет?», еще куда-то звонила.  Тут же нам нанесли одежду, обувь, повезли в столовую. Мои ребятишки как накинутся на еду, голодные же были со вчерашнего  дня. Да и еду — такой суп, котлеты не ели  никогда. Кусочки, которые  не доели – сложили в мешочки – маме…

   После этой встречи  все изменилось. Ребятишек хотели сначала определить в приют, обещая, что я могу навещать их в любое время. Они так плакали, что их оставили со мной и мамой.  Но теперь мы не были бесхозными. Нам помогали, за нами смотрели. Нелли Викторовна распорядилась, чтобы выдали задолженность по детским. До этого  пособие не выдавали, потому что парализованная мама не могла даже расписываться. Мы сразу накупили на эти деньги продуктов. Затем выделили  колхозный дом, мы распахали огород… А вскоре  я встретила  Диму. Мы дружили почти два  года. Вела я себя очень строго, лишнего не позволяла. Все помнила, как к матери мужики ходили. Сестры и братья жили со мной.  Потом переехали в Залари. Купили здесь дом за материнский капитал. У меня долго хранились листовки с портретом Нелли Викторовны.  Я все рассматривала их, запоминая  каждую черточку. Никогда не забуду этого замечательного человека. Очень хочется поблагодарить  за то, что спасла нас, что не прошла мимо, когда нам было плохо. Дай, Бог, ей здоровья и всего самого хорошего…

   Многие рвутся в город, а мне в Заларях нравится. Все становится таким красивым, как в городе: дороги, улицы, дом культуры, парк, здание администрации. Все потому, что у нас мэр о людях заботится.  За это я очень уважаю Владимира Васильевича Самойловича. А какой он, оказывается простой! Так же, как и мы, ходит в банк, в магазин, а еще — пешком на работу. Запросто общается с людьми. Раньше никогда такого не видела. Перед выборами  всю ночь не спала, переживала, что  его не  выберут. А когда узнала, что выбрали,  очень обрадовалась – теперь он знает, что люди его любят…

  Не раз слышала, как некоторые жалуются на жизнь. А что они сами сделали, чтобы её изменить? Например, когда мы переехали, соседка  часто жаловалась — детей нечем кормить. Я жалела, давала продукты. Но однажды увидела, как они сидят на пригорке  с бутылкой пива. Я в жару должна на огороде работать, а они прохлаждаться?!... Много лет прошло, а я  до сих пор боюсь  голода. Это очень страшно — жить  в такой нищете. Я делаю все, чтобы этого никогда не случилось. Много работаю и своих домашних заставляю, чтобы не ленились. Стараюсь и дом в чистоте содержать, и чтобы запас продуктов всегда был. Для того, чтобы достойно жить, нужно трудиться. Этому и детей своих учу…

 Сейчас у Оксаны все хорошо: свой дом, муж, трое детей. Супруги держат хозяйство, есть большой огород, где выращивают большой урожай картошки и других овощей. Но нет-нет, да вспомнятся тяжелые детские годы. Оказывается, как важно в жизни иногда внимание и соучастие людей. Оно может изменить судьбу человека. Пусть данная публикация станет уроком милосердия для всех. А Оксане желаем силы, терпения и такого же жизнелюбия, как сейчас, на многие годы.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

213